?

Log in

No account? Create an account

  • Мама, а кто больше всех зарабатывает? Врачи? – спрашиваю я маму, пока мы едем на машине в город.

  • Даниель, - отвечает мама, - врачи хорошо зарабатывают, но есть люди, которые зарабатывают намного больше. Это те, кому удалось найти или открыть что-то совершенно новое. К примеру, автор Гарри Поттера - Джоан Роулинг – она создала совершенно новый мир, пусть и волшебный, и засчет этого стала самой богатым писателем. Новое можно открывать в разных сферах. Например, изобрести новый автомобиль - летающий. Еще можно зарабатывать, вкладывая деньги в различные проекты. Например, построить дом, а потом его продать, а доход оставить себе.

  • Наверное, это хорошо – зарабатывать больше всех, - размышляю я вслух.

  • До определенного момента, конечно, да: ты можешь не думать о том, что тебе кушать, где жить, на что покупать детям вещи, но в какой-то момент каждый заработанный цент приносит меньше и меньше счастья, но забирает больше и больше времени. Это доказанный факт. Кстати, ваша мама как раз занимается этой наукой, которая это доказывает, – позитивной психологией. Она изучает, что делает человека счастливым и как этого достичь. Кстати, а что делает вас счастливыми? Вы себя чувствуете счастливыми?

  • Да, - мы кричим с Сашей в один голос.

  • А почему? – спрашивает мама.

  • Я, - отвечаю, - потому что у меня такая красивая и замечательная мама, что у меня вместо глаз сердечки, когда я на нее смотрю, - отвечаю я.

Мама улыбается.

  • А ты Саша?

  • А Саша счастливый, потому что я счастливый! – опережаю я брата, пока тот думает.

Мама смеется.

  • Саша, ты правда счастлив оттого, что у нас Даниель счастливый?

  • Я просто счастливый. Я не знаю, отчего, - отвечает Саша.

  • Это тоже замечательно, Саша. Быть счастливым без причины – прекрасное чувство.

  • Нет, конечно, если подумать, - размышляет теперь Саша вслух, - из-за Даниеля и из-за тебя, и ещё много из-за чего.

  • Я очень-очень рада, что вы у меня такие счастливые. Это счастье точно ни за какие деньги не купишь, - мама останавливает машину на стоянке, обнимает нас, и мы идем ужинать в ресторан.

Там нас ожидает счастье совсем другого рода: с моим любимым соусом Болоньез:)
 Каникулы пролетели незаметно, и вот настало время идти во второй класс.

  • Вы, наверное, рады идти в школу? – спрашивает, улыбаясь, продавщица в магазине, в котором мы купили учебники.

  • Да, - довольно кивает Саша.

  • Нет, - бурчу я.

Хорошо ему – у него там друзей – целый класс, а у меня двенадцать девочек и два мальчика – с кем дружить? А еще эти вечные домашние задания и учительница опять новая…

  • Даниель, учиться идти все равно придется и только от тебя зависит, будешь ли ты этому радоваться или грустить, - успокаивает меня мама. - Некоторые дети по 20 километров пешком до школы ходят – и то так не горюют, как ты.

  • Да, и при этом иногда им приходится от диких слонов убегать! – добавляет Саша слова из фильма, который мы смотрели в прошлом году.

  • А я вас завтра на машине отвезу! – тараторит мама. - Здорово?!

  • Здорово, - морщусь я.

Утром мама делает фотографию для семейного альбома, и при этом очень сердится, так как надо уже ехать, а у меня никак не получается сделать счастливое выражение лица.
    - Ладно,  сделаем, когда вернемся, - говорт мама мне, - может у тебя настроение к этому моменту улучшится.
Я и представить себе не мог в тот момент, что мама окажется права!
После школы на продленке мы целый час играли с ребятами в футбол! Это было здорово! Я даже забыл, что сегодня школа началась! Правда, во время игры я пару раз упал, защищая ворота, и мои праздничные летние брюки превратились из бело-синих в зеленые, а вместе с ними и рубашка. А новые сандалии вообще развалились – один мальчик мне на них наступил, и воспитательницы сказали, что теперь придется покупать новые.
Я думал, что мама рассердится, но увидев мое счастливое выражение лица, она сказала, что ничего страшного – главное, что мне в школе нравится. А фотографию для семейного альбома мы в другой день сделаем или следующего года подождем.
Да, в школе действительно, было бы не так и плохо, если бы не новые сандалии, которые мне мама одела на следующий день, и которые тоже порвались. Что за напасть такая?

  • Даниель, я думаю, что тебе нужно быть более аккуратным! – сказала мама. – Двое сандалий за два дня – это перебор. Если ты завтра порвешь еще одни, боюсь, тебе самому придется покупать себе новые!

И что вы думаете? Это просто ужасно! Я действительно их порвал! Когда бежал по лестнице – наступил одной на другую – и всё… Я так расстроился, что порвал трое сандалий и что мне теперь придется самому покупать себе новые, что даже заплакал! Противная школа! Все время тут какие-нибудь гадости случаются!
Тут ко мне подошла одноклассница Орели. Она стала меня утешать, потом подошли другие девочки и мальчики. Все мне сочувствовали, а потом подошла учительница. Она выслушала, поняла моё горе и представляете?! Позвонила маме и сказала, чтобы она на меня не ругалась, такое с детьми случается. Мама пообещала ей, что всё будет хорошо. Она купила мне крепкие кроссовки, которые, даже если наступать на них, не рвутся. И с того дня я вдруг стал с удовольствием ходить в школу.
А для семейного фотоальбома мама взяла ту фотографию - с первого дня.
- Невозможно 20 километров все время с улыбкой идти, - сказала она. - Да и не нужно.

Всему свое время...

– Мама, а можно я своей учительнице нарисую рисунок? У нее в субботу свадьба! - спрашиваю я маму за ужином.

– Конечно, Даниель, – отвечает мама, – это отличная идея!

– Это значит, она уже второй раз замуж выходит, – констатирует Саша разочарованно.

– Почему второй раз? – удивляется мама.

– Потому что у неё есть маленький ребёнок – Даниель же говорил, – поясняет Саша. - А свадьба - она всегда до ребенка. Даже у наших морских свинок так было: сначала Луис на Аннабель женился, а потом у них появились дети.

– Саша, это раньше так было. А сегодня бывает и так, что люди сначала живут вместе, заводят детей, потом женятся – в этом нет ничего страшного, главно чтобы они любили друг друга.

– Я бы обязательно сначала женился! - не успокаивается Саша.

– Почему? – спрашивает мама, улыбаясь.

– Там же надо целоваться с невестой – в общем чтоб эту гадость уже как-то побыстрее позади себя оставить.

– Саша, – говорит мама, хохоча, – а если тебе вдруг когда-нибудь понравится целоваться?

– Ну тогда тем более сначала женюсь. В общем, нужно по-любому сначала жениться!
– Мама, а мне сегодня девочка из класса, которая мне очень нравится, рисунок подарила, - говорю я.
– Замечательно! - отвечает мама, улыбаясь. - Покажи?
Я достаю из конверта рисунок: с двумя человечками-сердечками - красота!
– Мама, и мы с ней сегодня уже целовались! - шепчу.
– Да ты что! - мама всплескивает руками.
– Да! Неужели мне жениться теперь нужно?
– Ох, Даниель, - отвечает мама, гладя меня по голове. - Не будем торопиться. Всему свое время. В таком деле лучше не торопиться:)

Трудные времена наступают в моей жизни – уходит в декрет моя первая и самая любимая учительница – фрау Ланг. Ребята из нашего класса давно смирились и даже радуются новой учительнице, один я не могу принять расставание. От этого мне ничего не хочется делать, даже домашние задания я откладываю до позднего вечера. Единственное, что помогает – это мультики «Ну, погоди!» Заяц в них такой находчивый, а бедному волку так не везет! Я хохочу до упаду над их проделками, и на эти минуты, пока смотрю, забываю, что уже на следующей неделе наша учительница уйдет от нас навсегда. Потом мне хочется плакать, но я включают другой мультик, и снова хохочу.
- Даниель, ну сколько можно смотреть эти мультики? – ворчит мама. – Они же для самых маленьких! Никакой пользы от них – в них даже ничего не говорят!
Должен сказать, что мама поощряет нас смотреть мультики, в которых много говорят – чтобы мы русский язык учили. Но в «Ну, погоди!» волк с зайцем действительно говорят мало – у них просто нет на это времени! Одному нужно догонять, а другому – убегать.
- Мама, ну я ещё один посмотрю, - отвечаю я, а на глаза накатываются слезы.
- Ты снова расстраиваешься из-за твоей учительницы? – мама подходит и прижимает меня к себе.
- Да… Знаешь, я отдал бы все деньги мира, чтобы она не уходила. Все свои деньги! У меня есть 20 евро…
- Боюсь, что это не поможет, Даниель. Я понимаю, что ты грустишь, но может быть тебе поможет, если ты порадуешься за твою учительницу? У нее будет малыш – такой же, каким раньше был ты. Если бы мамы не уходили в декрет, то детей вообще не было бы. И тебя тоже. Давай порадуемся за нее?
- Ох, - я утыкаюсь лицом в мамину кофту и плачу.
- Поплачь, это помогает, - мама гладит меня по голове.
Не знаю почему, но в этот момент мне вдруг полегчало.
- Вся жизнь впереди! – вдруг всплыла фраза из «Ну, погоди!»
- Правильно, Даниель! Не надо печалиться! Вся жизнь впереди! - встрепенулась мама.
- Вся жизнь впереди! – продолжаю я и добавляю. – Я – шоколадный заяц!
Я прыгаю по комнате, изображая зайца.
- Можно я потом еще раз этот мультик посмотрю?
- Можно, Даниель! Мультик все-таки замечательный. А я пойду посмотрю, может быть музыку к нему найду - будем еще в машине слушать! Не надо печалиться!!! Вся жизнь впереди:)
- Дети, а вы знаете, что сегодня день Святого Валентина? - спрашивает мама нас ближе к вечеру, когда мы уже сделали домашние задания и ждем папу с работы.
- Да, - отвечаем мы в один голос с Сашей, - а что это такое?
- Это день всех влюбленных! - говорит мама, счастливо улыбаясь. - И нас с папой тоже. Кстати, Даниель, Саша сейчас пойдет к своему другу играть. А ты бы не хотел нас с папой чем-нибудь порадовать ко дню Святого Валентина?
- Хм, - я хмурюсь, думая, чем же можно одновременно порадовать маму и папу, но без Саши, - ну можем вместе в футбол сыграть?
Предложение мое маме явно не нравится. Она, улыбаясь, качает головой.
- Ну поехали тогда в детский игровой центр: на батутах там попрыгаем, в лабиринте поползаем...
Но и это предложение маме не по нраву. Она ещё сильнее смеется и качает головой.
- Мама, можем все вместе в папин компьютер поиграть! - приходит на помощь Саша.
- Но вы же знаете, что я не играю в компьютер! - отвечает мама. - А подарок должен всем нравится.
- А ты не будешь играть, ты будешь смотреть! Нам нужно, чтобы кто-нибудь за динозаврами присматривал!
Молодец, Саша! Отлично придумал! Но маме и это не подходит.
- Даниель, а тебе не пришло в голову, к примеру, подарить маме и папе час отдыха? - спрашивает она, хитро улыбаясь.
- Зачем? Вы что устали? - я искренне недоумеваю. - Зачем вам это?
- Сходить в кафе вместе.
- Но ты же уже ходила сегодня в кафе - со мной!
- Ну тогда мы с папой просто погулять сходим!
- Но мы же уже гуляли! Вчера! От школы до дома пешком дошли! Я чуть не умер! Забыла?!
- Нет, не забыла. Но с папой-то мы не гуляли! Все-таки день Святого Валентина! Нам хочется с папой время провести.
- А! Понятно! - я улыбаюсь. - Так бы сразу и сказали! А мультики мне можно посмотреть в это время?
- Да, можно! - отвечает мама. - Ну тогда я пошла.
- Иди.
- Я двери закрою. Ты, если что звони!
- Да-да... - я сажусь на диван и беру айпед в руки.
- Если что случится тут, можешь выбежать на терассу - соседи недалеко.
- Я знаю, я не маленький!
- Ну я пошла! - мама стоит в проеме дверей и осматривает комнату, будто что-то вспоминая.
- Да иди уже, мама!
- А ты помнишь, как звонить по телефону?
- Да помню!
- Ну я тогда пошла, кстати, если кто звонить будет, тоже не отвечай, только если мое имя высветится.
- Хорошо!
- Кстати, - она возвращается в комнату и переминается с ноги на ногу, - а поиграть в футбол - неплохая идея была.
- Я же говорил! - я вскакиваю с дивана и бегу за мячиком. - Вот вам, мама, мячик - играйте с папой! Иди, мама, иди! Я уже большой!
Все говорят, что болеть – это плохо, болеть – это ужасно, а я ничего ужасного в этом не вижу! Вот Саша сегодня с утра заболел. Вставать ему рано не нужно, в школу идти тоже . Даже домашних заданий нет – у них в классе, видите ли, 9 человек заболело, и учительница решила всех детей освободить от домашних заданий. А у нас  всего 2 человека отсутствует – поэтому никаких исключений, на дом – по полной программе.
Что особенно обидно – я единственный в классе, который с начала учебного года ещё ни разу не пропустил по болезни! Каждый ученик уже хотя бы денек, да поболел. А я ходи, учись без перерыва! А потом приходи домой и слушай Сашины разговоры с его другому по телефону.
–      Якоб, ты сегодня чего делал? Болел? В школу не ходил? Отдыхал? А я ко врачу ходил, а потом на диване лежал и мультики смотрел! Ты тоже? А ты знаешь, что у нас в классе сегодня 9 человек не было и поэтому домашку не задали?! Здорово да? А у тебя какая температура была? У меня 38.8! А у тебя 41? Мама, у Якоба температура 41 была!
–      Не может быть! – включается мама. – При такой температуре человек умирает.
–      Врешь! – парирует Саша. – С такой температурой умирают! А тебе повезло, говоришь? Мама твоя температуру на 39 остановила?
Саша хохочет, будто ничем и не болеет. А у меня от этих домашних заданий голова раскалывается.
–      Даниель, у тебя всё хорошо? – спрашивает мама, гладя меня по голове. – Что-то ты у меня какой-то грустный. Тебе тоже хочется поболеть?
Я качаю головой, залезаю к маме на колени и прижимаюсь к ней.
–      Ну давай мы тебе тоже смеряем температурку, – мама берет со стола градусник и сует его мне под мышку.
Я вздыхаю. Как было бы здорово, если у меня сейчас тоже поднялась температура! Я бы тоже хвастался и звонил бы всем, а завтра бы не пошел в школу, а вместо этого целый день играл и смотрел мультики!
–      37? – говорит мама, озабоченно глядя на градусник. – 37.2?
Я с замиранием в сердце смотрю на градусник. Ну давай! Родненький! Ещё чуть-чуть! Ура!!! Уже 37.4.
Мамины брови ползут наверх.
–      Через час ещё померяем.
–      А можно я сам буду мерять? – спрашиваю я, с радостью глядя на маму.
–      Можно, - отвечает мама и дает мне градусник в руки.
Выдержав несколько минут, я снова решаю проконтролировать температуру.
–      А знаешь, Даня, цифра будет больше, если на градусник дуть подуть! – подсказывает мне Саша.
Я дую изо всех сил, а мама лишь ходит, посмеивается над нами.
–      Ты, Даниель, не думай, что болеть – это так здорово. Саше я просто лекарство дала, у него температура спала, поэтому он такой бодрый. А как опять начнет подниматься, он на диван ляжет и никаких ему мультиков не нужно будет, и никаких телефонов.
–      А ты мне лекарство дашь? – спрашиваю я маму.
–      Доктор сказал с 39 начиная давать. Я Сашу пожалела – в 38.8 дала, но сейчас думаю, что зря, потому что больному человеку нужно лежать, отдыхать, а не по комнате прыгать.
К ужину мой градусник показывает 38.2. Вот это да!!!
–      Даниель, ты так радуешься, будто медаль на соревновании выиграл! – говорит мама, заметив сияние на моем лице.
–      У меня температура! – гордо говорю я. – И я завтра не пойду в школу! Буду целый день мультики смотреть! Как все!
–      А ужинать ты будешь? – спрашивает мама, показывая на творожные оладьи, которые она подала с мелко порезанной клубникой и сахарной пудрой.
–     Нет, - отвечаю я. Странное какое-то чувство внутри - знаю, что это вкусно, и вроде мне хочется покушать, но ни кусочка не могу в рот взять.
–      А с бабушкой будешь по телефону говорить? Ты ведь хотел? – мама протягивает мне трубку.
–      Нет, – я морщусь, – не сегодня. Завтра ей позвоню.
–      Даня, а давай «Фиксики» посмотрим? – предлагает Саша.
–      Фиксики? – я вздыхаю. Мой любимый мультик, но я почему-то совсем не хочу его смотреть.
–      Ладно, сейчас будем укладываться спать. Вы устали, – приходит мне на помощь мама. – Я вам прочитаю что-нибудь и отдыхать.
Еле-еле я добрался до кровати, и когда мама начала читать, я уже уснул. Это странное состояние продолжалось и на следующий день. Я не ел, не хотел смотреть мультиков, играть я тоже не мог. Просто лежал на диване и думал, что не так это и классно – болеть. К вечеру температура немного спала и я поел. За ужином мама мне сказала, что она видела мою учительницу и та сказала, что в конце марта она уйдет в декрет – это значит рожать ребеночка. Это я, впрочем, знал, но то, что она больше не вернется к нам – это было как гром среди ясного неба.
–      Мама, ну как же так? Как же так? –  я прижимаюсь к маме и шмыгаю носом. – Мне так нравится наша учительница!
–      Ничего не поделаешь, – отвечает мама. – Возможно, тебя порадует, что еще целых два месяца она будет с вами, и ты сможешь радоваться встречам с ней больше, чем раньше. И я уверена, что тебе не о чем беспокоиться - другая учительница будет нисколько не хуже.
–      А можно я уже завтра пойду в школу? – спрашиваю я.
Мама трогает рукой мой лоб.
–      Завтра ты ещё посидишь дома, а послезавтра, думаю, да.
Вы не представляете, с какой радостью я пошёл в четверг в школу! Я просто бежал на остановку к автобусу! Я и не знал раньше, как мне это нравится – ходить в школу.
Мы с Сашей учимся в билингвальных классах. Это значит, что половину уроков у нас преподают на немецком языке, а половину – на французском. В общем-то, в первом классе мы пока не ахти по-французски говорим, кроме одной девочки – Сесиль. Конечно, у нее мама – француженка. Так вот, чтобы мы ещё лучше говорили по-французски, наша школа подружилась со школой во Франции. Точнее мы – ученики билингвального класса подружились с учениками билингвального класса их школы. Так как у них класс большой, у меня даже оказалось два друга – мальчик и девочка. Мы уже друг другу письма писали, точнее рисовали. Осенью они приезжали к нам, и мы ходили вместе в зоопарк, а теперь мы едем к ним в гости. Сначала будем что-то делать в школе, а потом пойдем на обед в их семью. И хотя Саша мне говорит, что ничего в этом страшного нет, и что сейчас он совершенно не понимает, чего это он в том году ревел, когда пришло время идти на обед в семью, но я немного волнуюсь – всё-таки первый раз в другую страну!
Мама нас за ужином подбадривает:
–      Ничего страшного, Даниель! Вы же там сможете потренироваться французскому! Такая замечательная возможность – побыть в родной языковой среде! Это же замечательно для мотивации! Сразу почувствуете, зачем вы французский учите! И будете потому каждому слову учительницы внимать! Такие поездки очень важные! Они расширяют кругозор. Можете сравнить, как живут здесь и как там. И пару слов выучить. Да вы и так уже столько слов по-французски знаете! Скажи мне, Даниель, что ты уже можешь сказать?
–      Hello, my name is Daniel. How are you? Thanks, I’m fine. I’m six years old. Can you fly? Can you dance? I can swim. You are my treasure... (Привет, меня зовут Даниель. Как дела? Спасибо, у меня хорошо. Мне шесть лет. Ты можешь летать? А можешь танцевать? Я могу плавать. Ты – мое сокровище...)
–      Постой, Даниель! Прекрасно, но это же английский язык! Скажи, что ты можешь по-французски?!
–      Je mour (пер. – Я умираю).
–      Даниель, лучше такого не говорить, иначе они подумают, что тебе у них не нравится, а это невежливо.
–      Да не волнуйся, мама! – вступает Саша. – С ними можно по-немецки говорить. Они всё понимают. А в крайнем случае, по-русски. У моего французского друга по переписке, оказалось, дедушка был в России во время войны или еще как-то - я не понял, почему. В общем, мы с ним по-русски считали!
–      И все же было бы здорово, если бы вы французский попрактиковали.
–      Не волнуйся, мама, у моих есть собака – с животными я быстро общий язык нахожу. Даниель, а у твоих есть собака?
–      Не знаю, я не люблю собак. Я их боюсь, – я сжимаюсь от страха.
–      Не волнуйся, Даниель, – мама гладит меня по голове. – В крайнем случае, всегда можно обратиться к учительнице. Она же с вами на автобусе поедет?
–      Да! – ответили мы.
С тем и поехали.
–      Ну что? – спрашивает мама, как только мы выходим из жаркого автобуса, вернувшись из поездки.
–      Мне было плохо, - отвечаю с подножки, хмуря брови.
–      Как плохо? – мама взволнованно смотрит на меня. – В автобусе плохо было? Тошнило?
–      Да, меня тошнило, – отвечаю я.
–      И меня, – присоединяется Саша.
–      Ой, – мама машет руками, – а я вам даже пакетиков не положила!
–      Ничего мама, не волнуйся, – отвечает Саша, – нас без пакетиков тошнило.
–      Как неудобно, – мама всплескивает руками, – нужно было водителю как-то, наверное, помочь убрать.
–      Да не волнуйся, мама. Там не только нас тошнило – полавтобуса тошнило, – поясняю я маме, – без пакетиков.
–      Только одна девочка с пакетиком была, – добавляет Саша. – Сесиль.
–      Это потому что она одна по-французски могла сказать? Ой, бедные, и пакетиков некому вам было дать!
–      А нам и не надо было! – отвечает бойко Саша. – Мы всё в себе держали – весь наш класс!
–      И наш тоже! – подхватываю я гордо, кроме Сесиль.
–      Как в себе? – мама недоумевающе смотрит на нас. Что, и до сих пор держите?
–      Нет! – отвечаю я. Сейчас уже не тошнит!
–      Ну слава Богу, – выдыхает мама.
–      Да, уточняет Саша. Мы все проглотили! Больше не тошнит.
И тут мы, глядя на мамино выражение лица, начинаем с Сашей смеяться.
–      Вы что, пошутили надо мной? – мама сердится. – Я тут волнуюсь за вас, а вы шутите? Залезайте в машину!
–      Нет! – отвечаю я. – Я не шутил! Мне там действительно плохо было – мне у них совсем не понравилось!
–      А что же там было? – мама садится за руль машины, но с места не трогается, а поворачивается ко мне. – Расскажи.
–      Сначала мы были в школе, – я вздыхаю, – потом пошли к мальчику домой, и девочка с нами пошла. Мы ели спагетти, и это было хорошо, но потом мы решили поиграть, и его мама достала игру, в которую мы в садике играли. Я сказал, что я «же мёр» (я умираю) от этой игры - она такая легкая - и достал с полки шахматы. Но оказалось, что никто из них не умеет играть в шахматы! Представляешь, этот мальчик ходил ладьей, перепрыгивая через пешек. Я пытался ему объяснить, но они ничего не понимают по-немецки! И по-русски тоже! А я по-французски не понимал. В общем, было плохо.
–      Понятно, – мама вздыхает. – Теперь ты знаешь, зачем учишь французский. Следующий раз сможешь объяснить им, как играть.
– Следующий раз я не поеду, – буркнул я и отвернулся к окну.
А у тебя Саша? – мама переключается на брата.
–      А мне так понравилось!
– Вот видишь, Даниель! В тот раз и Саше не очень понравилось, а в этот, видишь, он в восторге! И что же вы делали?
–  Мы целый день дулись в Ниндендо! – отвечает Саша. Представляешь, у него есть своя игровая приставка и свой телевизор в комнате! Он там может целый день сидеть и делать, что хочет! Мама, я теперь тоже хочу свой телевизор и игровую приставку в мою комнату.
–      Понятно, – отвечает мама. – А по-французски ты хоть слово выучил или сказал?
–      Нет, нам некогда было, мы же играли! Ты не представляешь, как мне понравилось! У него есть такая классная игра с машинками! Мы на перегонки гоняли!
–      Представляю... мама отворачивается от Саши и заводит мотор.
–      Мама, – говорит Саша, – а всё-таки – это отличная идея – ездить, смотреть, как другие живут. Ну так что, вы купите мне телевизор и приставку?
–      И мне тоже?!
Мы ждем маминого ответа, но она
лишь давит на газ и вылетает со школьной парковки.
- Ура! Наконец-то! Мы едем на Кубок мира по биатлону в Оберхоф! – объявила мама, отрываясь от компьютера. – Я купила билеты! В субботу выезжаем! Мужская и женская гонки преследования!
- Ура! – подхватили мы с Сашей, потому что мы ещё те болельщики! Следим за каждой гонкой и знаем всех спортсменов из российской и немецкой команды поименно! И еще Фуркада – он хоть из французской сборной, но кто его не знает – в этом сезоне он всё выигрывает!
- Надеюсь, мне ну нужно ехать? - булькнул папа и спрятался за айпед, потому что биатлон он не любит.
Мы с удивлением посмотрели на папу. Ну как это можно! Не любить биатлон!
- Дети, не приставайте к папе, - сказала мама. – У каждого свои мечты! У нас – съездить посмотреть биатлон, а у папы – не ехать с нами! Не правда ли, дорогой?
Папа радостно кивнул.
- Мы поедем с нашим другом Данилом, который тоже любит биатлон. Ура!!!
- Ура!!!
Бабиков, Шипулин, Цветков! Шемп, Пфайфер, Лессер! И Лаура Дальмайер! Я всех их увижу! Как они стреляют! Буду кричать на трибуне: Да! Да! Да! Да! Да! Пять раз, когда они попадать будут. А Фуркаду: нет, нет, нет, нет, нет! Пусть он хотя бы раз проиграет! А выиграет кто-нибудь из наших! Да, в этот раз обязательно выиграет немец или русский. Потому что мы за них будем болеть. Прямо там – на стадионе! Мы  едем на биатлон! Сбудется наша мечта!
Подняться пришлось рано – около пяти. Но мы с Сашей быстро выскочили из кроватей, оделись, сели в машину и снова заснули. Открыли глаза, когда уже расцвело, а табличка на повороте показывала «Оберхоф, 23 км».
- Так быстро доехали! – удивился я.
- Да, - ответила мама. Глаза её светились от счастья. – Ну что, дети, сбывается наша мечта?!
Мы с Сашей радостно кивнули.
- У нас достаточно времени, - продолжила мама, - чтобы переодеться, оставить машину и добраться до стадиона. Только одеваться нужно тепло – на улице минус 11.
Из машины мы вышли, похожие на луковиц, одетые в три слоя. Пошли к стадиону. Шли-шли, шли-шли. А вообще-то я ходить не люблю. Даже если к мечте. Как-то я не думал, что к мечте придется топать больше часа. Мечта, кажется, она сразу здесь должна быть – радужная и легкая! А тут ещё и ветер такой колючий! И так что, целый день будет завывать? Саша задрал шарф по самые глаза, но и это не помогало. Я пытался отворачиваться, но периодически из-за этого падал, запинаясь за снег.
- Когда же мы придем? – ныли мы с братом.
- Сама не знаю, - отвечала растерянно мама. - Я же здесь тоже в первый раз. Обратно поедем на автобусе – обещаю.
Наконец-то мы пришли, присоединились к толпе людей, показали билеты и оказались… Я не понял, где. Я думал, будет стадион, как в телевизоре всегда был, и мы будем громко кричать «Да! Да! Да! Да! Да!», но мы пошли куда-то в лес и встали у огороженной тропинки. По ней проносились какие-то замотанные с ног до головы лыжники. Люди вокруг крутили какими-то трещетками, дули в дудки, кричали, махали флагами. Стоял такой гам, что мы ничего не слышали и не понимали. Людей было так много, что мама не могла найти места рядом с нами, чтобы нам объяснить, что происходит. Она встала немного поодаль на пригорке в толпе других болельщиков.
Постояв так какое-то время, мы вернулись к ней.
- Ну что, Фуркада видели? – спросила она, радостно улыбаясь.
- Нет! – удивились мы.
- Ну он же мимо проезжал!
- Значит, он опять выиграл?
- Да нет же! Соревнование не началось ещё. Спортсмены сейчас разогреваются.
- Мама, а где трибуна? Я хочу видеть, как они стреляют!
- Мы не будем на трибуне. Туда билетов не было. Да и холодно там стоять. А здесь на дистанции побегать можно, погреться.
Пока мы бегали и согревались, места наши заняли, и мы тщетно пытались пробраться к трассе, где мы с Сашей могли видеть хоть что-нибудь.
- Мы хотим видеть экран! – кричали мы сначала.
– Мы хотим видеть хоть что-нибудь! – кричали мы потом.
- Ну так пробирайтесь к ограждению! Вы маленькие, вас пропустят! – убеждала нас мама.
Но нас не пропускали, во всяком случае туда, где было видно экран.
Я стал реветь, потому что всё здесь казалось совершенно не так, как я себе представлял, не так, как я думал, должно было быть в мечте. Да к тому же я упал раз десять на этом пригорке, на котором стояла мама. Я бы тоже там встал, но проблема была в том, что впереди стояли другие взрослые и видно было только им, а я – такой маленький! Мне ничего не было видно!
- Мама, отведи меня домой! – заплакал я. - Здесь ничего не видно! Я хочу домой!!!
- Даниель, не реви! – кричала мне мама. – Сейчас слезы замерзнут, и лицо заледенеет! И знаешь, за мечту нужно бороться всегда! Даже в мечте! Давайте, пробивайте себе путь! Давай, вслед за Сашей. Уже стартуют!
По стадиону пронесся гул: «Пять, четыре, три, два, один, старт!» Люди в этот момент чуть расслабились, и мы с Сашей ловко юркнули в то место, где стояли раньше, и оказались у самой трассы. Тут перед нами стали проноситься биатлонисты - настоящие, в ярких одеждах, как в телевизоре: Малышко, Цветков, Бабиков, Шемп, Пфайфер, Шипулин, ну и конечно, Фуркад. Когда стреляли немцы, было слышно по возгласам людей, если кто промахнулся. И возгласов таких было много. В общем, снова выиграл Фуркад.
Когда мы подошли к маме, она стояла на пригорке и смотрела на трассу. Она улыбалась и казалось такой счастливой!
- Плакать хочется, - сказала она, - но нельзя, потому что слезы замерзнут и холодно будет!
- Да, ох уж этот Фуркад! – отозвался печально я. – Он тебя расстроил!
- Да мне все равно, кто выиграл, - ответила мама, смеясь. - Главное, что я увидела биатлон вживую! Я ведь еще с детства мечтала об этом! Мне от счастья плакать хочется, потому что мечта осуществилась!
«Ничего себе счастье! Ничего себе мечта! – подумал я. - Как стреляют, не видно, ноги ничего от холода не чувствуют, выиграл Фуркад!»
- А женщины когда побегут? – спросил я. – Там точно наша Лаура Дальмайер выиграет.
Как все-таки удобно, когда у тебя мама из России, а папа – из Германии. Болеть можно и за ту, и за другую команду!
- К сожалению, сегодня Дальмайер не побежит, - ответила мама.
- Как так не побежит? Мы приехали, а она не побежит?!
Возмущению моему и разочарованию не было предела. Они что, сговорились?! Как раз в тот день, когда мы решили осуществить нашу мечту?!
- Поехали домой! - сказал я. Такая мечта мне не нужна – без Дальмайер, на морозе, где ничего не видно.
- А я предлагаю погреться в перерыве в машине, - сказал наш друг Данил, с которым мы приехали, - а когда женщины побегут, встать в другом месте – ближе к стадиону. Там лучше видно и можно в снежки поиграть.
Мы так и сделали. До этого места, правда, пришлось идти в горку. Зато до него немного народу добрались, и мы видели все: как бежали биатлонистки – прямо перед нами и как они стреляли – на большом экране.
Мама купила Саше флажок, а мне трещотку, и мы весело ими размахивали, когда спортсмены проезжали мимо нас. И нам было совсем не холодно, мы радовались за всех, кто победил, хотя никого из наших на пьедестале не оказалось.
- А что это за слово такое «разборная России», которое ты все время говоришь, - спросил вдруг Саша у мамы, когда мы направились на выход.
- Это не «разборная», – мама засмеялась, – а «сборная», хотя слово ты неплохое придумал, Саша.
На обратном пути мы обкидывали друг друга снежками, делали ангелочков в сугробе, а в машине пили теплый чай, ели бутерброды с колбасой, я смотрел, как мы медленно, следуя за колонной машин, выезжали из этой заснеженной горной деревеньки, и почему-то мне вдруг захотелось плакать... Противный Фуркад!!!

Близкое далекое

Наступили зимние каникулы. А это значит, что можно спать все утро, ничего не делать целый день, а вечером ложиться позже обычного. Ничего из этого мы, конечно, не делаем, потому что утром, как назло, спать совсем не хочется, днем мама придумывает нам всякие задания, а вечером говорит, что нужно ложиться спать, потому что иначе мы собъем режим и потом, когда придет время идти в школу, будет трудно его восстановить. Вот и сегодня мама с утра заладила:
–      После обеда пойдем гулять. До папиной больницы! У него нога после падения с велосипеда болит. Поэтому он сегодня туда на машине поехал, а нам она понадобится после обеда – нужно закупиться перед приездом гостей и празднованием Нового года. Прогуляемся, подышим свежим воздухом, проголодаемся и в столовой пообедаем! Здорово?!
–      Здорово! – отвечает Саша.
–      Мммм, - вздыхаю я, потому что не люблю гулять, тем более так далеко. Я бы лучше дома посидел, в компьютер поиграл или в монополию. Но с мамой не поспоришь, поэтому ровно в 11.00 мы одеваемся потеплее, берем рюкзак с водой и выходим. На улице приморозило, но светит солнышко. Мама с Сашей улыбаются во весь рот.
–      Нам ещё далеко? - спрашиваю в ответ я.
–     Если учитывать, что мы отошли на десять метров от нашего дома, то не очень, отвечает мама, километра два или три.
–      Три?! – кричу я.
–      Ну, может быть, с половиной, отвечает мама, как ни в чем не бывало. – За час доберемся.
–      За час? – возмущаюсь я. – Целый час идти!!! Если бы ты сразу сказала, я бы ни за что не пошел!
–      Это совсем недалеко. Если быстрым шагом, то минут сорок получится. Или пятьдесят...
–      Ну нет, отвечаю я, это слишком далеко. Не пойду! Ни за что!
Останавливаюсь.
–      Даниель, говорит мама, немного подумав, мы не пойдем длинным путем, мы пойдем коротким! Специально для тебя!
–      Как это? я недоверчиво смотрю на маму.
–      Мы сейчас дойдем до автобусной остановки. До неё ведь недалеко?
–      Нет, не далеко, отвечаю я, радуясь тому, что мы поедем на автобусе и не придется целый час топтать ноги.
–      А пока мы идем, я расскажу вам историю про одного отважного альпиниста, который забираясь на высокую гору, сорвался в пропасть и сломал себе ногу. Он нашел выход из пропасти, но перед ним стояла серьезная задача – как спуститься с горы и добраться до лагеря со сломанной ногой? Хотите знать, что он сделал?
–      Да! – кричим мы с Сашей в один голос.
–      Он сказал себе – за следующие 3 минуты я доберусь до того камня, мама показывает на большой камень впереди нас. – И как вы думаете, он добрался?
–      Да! – мы бежим с Сашей к камню наперегонки и ударяем по нему рукой.
–      Потом он увидел впереди дерево, мама показывает на раскидистый тополь, растущий на повороте к ручью.
–      И он сказал себе, что доберется до него? – спрашивает Саша.
–      Да, и сделал это за отведенные 5 минут.
Мы добираемся до нашего дерева еще быстрее!
А теперь мы доберемся до мостика! – кричит Саша.
А теперь – до той женщины, что гуляет с собаками! – подхватываю я.
Куда вы? – мама нас догоняет и останавливает, с женщиной нам не по пути. Она в поле с собаками, а нам дальше по дорожке. Лучше бежите к повороту вдоль ручья. Видите, там дети оставили велосипеды у мостика?
Мы несемся вперед, но вскоре притормаживаем. Бежать я больше не могу. Мне жарко и в правом подреберье колет.
Мама, а когда мы придем? – спрашиваю я, тяжело дыша.
А мы уже почти пришли! Перейдем через дорогу раз, зайдем на детскую площадку – два, перейдем через еще одну дорогу – три и здесь уже и папина больница.
Так близко?! – удивляюсь я.
Да, так близко! Раз, два, три!
Мама, а этот альпинист добрался до лагеря?
Да, добрался. Он разделил длинный путь на несколько коротких отрезков. Когда так делаешь, расстояние не кажется длинным, и преодолевать его гораздо легче. Мы тоже так сделали. И видишь, он оказался совсем недолгим! А вот и наш папа!
Мы бросаемся к папе, шагающему по холлу больницы и спускаемся с ним в столовую. Заказываем макароны с вкуснейшим больничным соусом и печеночные шарики. А пока едим, рассказываем папе, как быстро ему можно теперь добираться до работы и обратно.
–      Вот увидишь, папа! Тебе теперь и машина не нужна будет! – говорит Саша.
–      И велосипед тоже! – подхватываю я. – Пешком быстрее дойдешь!
–      Нужно всего лишь путь на небольшие отрезки разделить. Следующий раз пойдем с тобой гулять, мы тебе покажем: там все для этого есть, как у того альпиниста – и камень, и дерево, и поворот!
–      И даже если ты еще раз упадешь с велосипеда и сломаешь ногу, то не волнуйся, ты сможешь даже так на работу доползти! Сначала до остановки автобусной, потом до камня, а потом до дерева. Будешь время засекать, и доберешься за полчаса – я хлопаю папу по плечу, а у папы вдруг изо рта вылетает печеночный шарик. И мама тоже не может есть - всё хохочет.
Ну что тут смешного? Я не понимаю! Я теперь всё время так буду делать!


 

Волшебная сила

- Второе место занял Александр Хайнц! – объявляет мэр нашего города и Саша с широкой улыбкой шагает к нему получать грамоту. Уже второй год подряд он занимает второе место на городских соревнованиях по плаванию! А я даже на воде держаться не научился! Обидно…
- А первый-то Мирко Яроки! В том году он третий был, а в этом тебя обогнал! – поддеваю Сашу, но того это совсем не волнует. Он радуется, и есть чему.
- Даниель, - мама смотрит на меня с широко раскрытыми глазами, - неужели ты помнишь этого Мирко, как там его… Яро…
- Яроки, мама.
- С прошлого года помнишь?!
- Конечно! А ты разве забыла? Мэр же объявлял: первый - Оливер Козловски, второй – Александр Хайнц, а третий – Мирко Яроки!
- Так это было год назад! Вот это память! – продолжает удивляться мама.
- Зато я плавать не умею, – дуюсь я.
- Даниель, у каждого свои недостатки, - отвечает беззаботно мама, - но и достоинства тоже! У тебя – память и математика. У Саши отличные физические данные и логика… У каждого что-то есть, что можно тренировать и развивать! И у тебя тоже! Не расстраивайся!
Мамин ответ меня совсем не радует. А если я утону? Зачем мне тогда память, зачем математика?
- Ладно, - говорит мама. – Я уверена, что плавать может каждый научиться. И ты тоже, Даниель.
Мама так говорит, потому что они с папой уже отчаялись научить меня плавать. На один курс меня мама уже водила. Папа ходит со мной в бассейн уже несколько лет и показывает, как нужно правильно двигаться. И на море мы ездили много раз, и даже видео разные смотрели про то, как учиться плавать. Ничего не помогает. Воды я не боюсь, даже наоборот, но без нарукавников упорно иду на дно. Я не представляю, в чем проблема. Вода какая-то противная – меня держать не хочет. Я и руками работаю, и ногами, и голову наверх тяну, что шея потом болит, но ничего не помогает. И всё же мама надежды не теряет.
- Даниель, - говорит она на следующий день, когда я прихожу из школы. – Я тебя записала на курс. Со вторника идешь в бассейн! Десять занятий, 4 раза в неделю – это они специально такой интенсивный курс делают, чтобы дети не успевали забыть то, чему их за предыдущие занятия научили. Там опытные тренеры – они тебе помогут. И чтобы у тебя мотивация была – в конце курса проводится экзамен, который покажет, как ты научился плавать. Его все дети сдают – не волнуйся и ты сдашь!
- А тренеры строгие? – спрашиваю я маму, когда она везет меня в бассейн. – Да, они наверняка строгие. А я не люблю строгих тренеров. Я их боюсь. Может, не поедем, а то у меня живот что-то разболелся?
- Всё будет в порядке, Даниель. Лучше ничего себе не представлять, а принять всё, как есть. Я сегодня тоже в бассейн пойду, буду недалеко от тебя плавать – всё будет хорошо.
Несмотря на мои сомнения, всё оказалось, как мама и говорила. Тренеры были не очень строгими. Говорили нам, что делать, а мы выполняли. На пояс мне повязали два пакета, которые надувались, как только я прыгал в воду. С ними плыть у меня прекрасно получалось! Все первых пять занятий – ровно до того момента, когда их сняли, и я снова топориком пошел на дно.
Пояс с пакетами мне тут же надели снова, но сказали, что экзамен в конце курса придется сдавать без него. Но как? Если у меня без него не получается? С ним – всё прекрасно: и ногами правильно работаю, и руками, и вперед продвигаюсь, и голову правильно держу! В чем проблема? Не пойму. И мама тоже.
- Даже не знаю, что с тобой делать, Даниель, - говорит мама. – Ведь ты уже давно все движения знаешь: и руками, и ногами, и координировать их можешь, а будто силы тебе не хватает какой-то…
- Волшебной? – спрашиваю я, пока мама помогает мне раздеться перед следующим занятием.
- Да… Даниель! Я знаю, что тебе поможет сегодня! – мама вдруг распрямляется и поднимает правый палец вверх, что значит – надо слушать. – Я дам тебе свою силу! И тогда у тебя её будет в два раза больше – тебе как раз хватит!
- Да!!! – радуюсь я. Именно этого мне и не хватало! Маминой волшебной силы! - Мама, а как ты мне её передашь?
- А вот так, - мама прикладывает ладонь к своему животу, глубоко вздыхает, а потом прикладывает ладонь к моему голому животику. Рука у мамы теплая и мягкая, и я сразу чувствую себя лучше, сильнее. – А теперь беги!
И я побежал! И я прыгнул в воду! И я поплыл! Руки, ноги – всё несло меня вперед. И тело теперь не прогибалось и не тянуло вниз, а держалось на воде, и это было прекрасное чувство – я наконец-то плыл сам! Не у папы на спине, не с надувными крылышками, как бэби, не на маминой руке, не с пакетами на поясе, а САМ!!!
Выбравшись из воды, я помахал маме, которая смотрела на меня через стекло из кафе, а потом приложил ладонь к пупку. Всё благодаря ей – маминой волшебной силе!
Направляясь следующий день на занятие, мама очень торопилась. Саша не захотел идти с нами, и мама долго с ним обсуждала, что он будет делать в наше отсутствие. Из-за этого мы выехали поздно, и потом бежали от машины до входа в бассейн со всех ног. А тут еще очередь у кассы! Очутившись в раздевалке, мы увидели, что группа наша уже ушла. Мама помогла мне переодеться, и я побежал. А сила? Мама не передала мне свою волшебную силу!!! Как я без неё поплыву? Я себе не представлял, но всё же поплыл.
- Я тебе сегодня силу же волшебную не передала! – вспомнила мама, одевая меня после занятия.
- Да, - вздохнул я, хотя, честно говоря, я про неё уже и думать забыл.
- Ну как у тебя сегодня получилось? – взволнованно спросила она.
- Хорошо, - ответил я, улыбаясь.
- Это же замечательно! Значит, теперь тебе моя волшебная сила больше не нужна! Тебе достаточно своей! – мама снова положила свою теплую ладошку на мой живот.  – Вот это да! Какая у тебя теперь здесь силища! Ты с ней не 25 метров проплывешь, а целых 50! В следующем году тоже будешь в соревновании участвовать, если захочешь!
Не знаю, как насчет соревнования. Главное, что я плавать наконец научился! А теперь и за математику можно снова взяться, и память тренироватьJ

Profile

Даниель Хайнц
daniel_hainz
daniel_hainz

Latest Month

October 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com